Исковая давность по кредиту: семь дел Верховного суда о требовании вернуть всё, судебном приказе и коллекторах

Исковая давность по кредиту выглядит простым правилом: три года, и по кредиту с графиком они идут отдельно по каждому просроченному платежу (п. 24 Пленума ВС № 43). Ошибки начинаются, когда в историю долга вмешиваются три события: банк требует вернуть всё досрочно, мировой судья выносит и отменяет судебный приказ, долг переходит к коллектору. Все семь дел ниже — о том, как каждое из этих событий меняет счёт. Разбор самих правил — в статье срок исковой давности по кредиту.

Дела — из Верховного суда, 2019–2026 годов. Во всех семи он отменил решения нижестоящих судов и вернул дела на новое рассмотрение: нижестоящие суды считали давность неверно. Чем закончилось новое рассмотрение, из определений не видно. Это решения по конкретным делам, а не правило для всех: другие даты и документы могут дать другой исход.

Вопрос первый: письмо «верните всё» меняет срок

Пока банк держится графика, у каждого платежа свои три года. Но закон позволяет ему при просрочке потребовать досрочно всю оставшуюся сумму (п. 2 ст. 811 ГК), и во всех делах этого раздела Верховный суд повторяет: такое требование изменяет срок исполнения. После него остаток — уже не череда месячных платежей, а одно обязательство, и давность по нему идёт с момента, когда требование не исполнили. Платежи, срок которых наступил до требования, сохраняют свои сроки (дело 38-КГ20-1).

В деле 4-КГ24-19-К1 заёмщица умерла, долг перешёл к наследнице. В марте 2017 года банк потребовал досрочно вернуть весь кредит за 30 дней, а иск подал в ноябре 2020-го. Первая инстанция сочла срок не пропущенным: кредит выдавали на пять лет. Апелляция посчитала по графику и взыскала 105 193 рубля за платежи с марта 2018 года. Верховный суд отменил все три акта: требование банка суды не учли, а именно от него и надо было считать.

В деле 41-КГ23-28-К4 — ипотечный кредит 2007 года и требование банка от ноября 2017-го. О требовании говорили обе стороны, но суды всё равно считали давность по каждому платежу, взыскали 186 518 рублей и обратили взыскание на квартиру. Верховный суд отменил апелляционное и кассационное определения по той же причине.

Дело 4-КГ19-60 закрывает обратную лазейку. Апелляция решила, что банк не пропустил срок, потому что договор будто бы предусматривал досудебное урегулирование, и давность на это время приостановилась. Верховный суд с этим не согласился: требование о досрочном возврате к досудебному порядку не относится, и давность из-за него не приостанавливается. С 2021 года п. 16 Пленума № 43 признаёт и досудебный порядок, предусмотренный договором, но в этом деле такого порядка в договоре не было. Банк не получает к трём годам лишних месяцев за то, что отправил письмо.

Вопрос второй: что делает с давностью судебный приказ

Заявление о судебном приказе — это обращение за судебной защитой, и пока оно рассматривается и приказ действует, давность не течёт (п. 1 ст. 204 ГК, п. 17 Пленума ВС № 43). После отмены приказа срок продолжается с того места, где остановился, а если от него оставалось меньше шести месяцев, остаток удлиняют до шести (п. 18 Пленума).

В деле 18-КГ26-19-К4 заёмщица перестала платить в конце 2015 года. Приказ выдали в октябре 2016-го, отменили в июне 2018-го, долг тем временем перешёл к коллектору, и тот подал иск в январе 2022 года. Суды прибавили к трём годам весь период действия приказа — получили четыре года восемь месяцев, — распространили это на весь долг, а дату подачи заявления о приказе так и не установили. Верховный суд объяснил, что так считать нельзя. Из трёх лет вычитается то, что успело истечь до заявления о приказе, и после отмены идёт только остаток. К тому же срок стоял лишь по платежам, вошедшим в приказ, а по остальным всё это время шёл.

Дело 38-КГ20-1 добавляет к этому вторую границу — по сумме. Коллектор взял судебный приказ всего на 20 000 рублей из долга почти в 384 тысячи, а апелляция решила, что заявление о приказе остановило давность по всей сумме. Верховный суд это отверг: обращение за приказом не меняет счёт по требованию, превышающему сумму приказа.

Вопрос третий: долг у коллектора

Смена кредитора срок давности не меняет и порядок его исчисления тоже (ст. 201 ГК, п. 6 Пленума ВС № 43). Коллектор получает долг со всей его историей, включая уже истёкшую часть срока. Но три дела показывают, что история может продолжиться и после продажи — и не всегда в пользу нового кредитора.

В деле 5-КГ25-172-К2 кредит 2015 года по графику нужно было вернуть до июня 2020-го. Коллектор купил долг в ноябре 2018 года и уже 14 декабря потребовал его погасить, а иск подал в марте 2022-го. Апелляция считала давность по графику и взыскала 296 957 рублей. Верховный суд указал, что требование коллектора изменило срок исполнения, давность надо считать с 14 декабря 2018 года, а иск подан лишь в марте 2022-го. То же произошло в деле 38-КГ20-1: коллектор в уведомлении о смене кредитора потребовал вернуть всё за 10 дней, и по платежам после сентября 2015 года давность пошла от этого требования.

Дело 41-КГ23-5-К4 — о споре самих кредиторов. Банк уступил долги заёмщиков, потом через арбитраж оспорил уступку и вернул права себе, а иск к заёмщице подал в 2021 году. Апелляция исключила из давности время, пока банк судился о цессии, как время судебной защиты. Верховный суд это отменил: отношения банка с покупателем долгов на обязательства заёмщицы и на счёт давности не влияют.

Как эти дела связаны и где их граница

Все семь дел — об одном: давность считают по документам, а не по графику из договора и не по удобной для кредитора схеме. Письмо с требованием вернуть всё, определение об отмене приказа, сумма в самом приказе, дата требования нового кредитора вернуть всё — каждая из этих бумаг двигает границу трёх лет, и в каждом деле нижестоящие суды мимо одной из них прошли. Отсюда практический вывод для заёмщика: до заседания соберите эти документы и посчитайте срок по ним, а заявление о пропуске давности сделайте до решения — сам суд её не применит (п. 2 ст. 199 ГК). Граница этой практики — в её же итогах: Верховный суд возвращал дела на новое рассмотрение, а не отказывал кредиторам сам, и сколько в итоге взыскали, из определений не видно.