Ограничение прав за долги в Верховном суде: машина для заработка, инвалидность и езда после снятия

Временное ограничение на пользование специальным правом — это приостановление права управления до полного погашения долга или до оснований для отмены (ч. 1 ст. 67.1 закона № 229-ФЗ). Его применяют только по алиментам, вреду здоровью и в связи со смертью кормильца, ущербу и моральному вреду от преступления, требованиям о воспитании детей и штрафам за нарушения за рулём (ч. 2). Не применяют, если ограничение лишает должника основного источника средств к существованию, если машина — единственное средство жизнедеятельности при ограниченной транспортной доступности, если должник пользуется машиной в связи с инвалидностью или у него на иждивении инвалид I–II группы либо ребёнок-инвалид, при долге не больше 10 000 ₽ и при отсрочке или рассрочке (ч. 4). Езда при ограничении наказывается по ст. 17.17 КоАП.

Ниже — три акта Верховного суда: два о том, как суды должны проверять исключения из ч. 4 ст. 67.1, и один о езде после снятия ограничения. Во всех трёх ВС встал на сторону должника, но в двух дела вернули на новое рассмотрение, и их итог неизвестен.

Вопрос первый: кто доказывает, что без машины должнику не обойтись

В деле 36-КАД23-4-К2 с женщины по исполнительному листу, выданному в уголовном деле, взыскивали в пользу страховой компании ущерб 454 516,48 рубля. Пристав ограничил ей право управления. Она оспорила постановление: ограничение лишает её и сына, который у неё на иждивении, единственного дохода — она индивидуальный предприниматель, и работа требует управлять машиной; кроме того, машина нужна, чтобы возить сына в школу. Суды трёх инстанций отказали; суд первой инстанции сослался на отсутствие сведений об ограниченной транспортной доступности места её жительства.

Верховный суд 13 декабря 2023 года отменил все решения и вернул дело в районный суд. Обязанность представить сведения, опровергающие её довод о машине, чтобы возить сына в школу, в таком деле лежит на службе судебных приставов (ч. 2 ст. 62 КАС). А само ограничение по своей природе — мера, стимулирующая должника погасить долг, и не должна становиться для него дополнительным наказанием. Суды же применили ст. 67.1 формально.

Граница: дело вернули на новое рассмотрение, итог неизвестен; долг — ущерб от преступления. О бремени доказывания ВС сказал только по доводу о транспортной доступности и только для судебного спора; о доводе про заработок в определении отдельного вывода нет.

Вопрос второй: считается ли исключением инвалидность и пропущен ли срок на оспаривание

В деле 2-КГ18-9 с мужчины взыскивали ущерб от преступления, и 5 мая 2017 года пристав ограничил ему право управления. У него инвалидность II группы из-за заболевания, которое ограничивает передвижение без машины. Он оспорил постановление в суде только 28 сентября 2017 года. Суд отказал: инвалидность и необходимость машины не доказаны, а десятидневный срок на обращение в суд по ст. 219 КАС пропущен. Апелляция согласилась.

Верховный суд 18 января 2019 года отменил оба решения. Из нормы не следует, что исключение действует, только если машину выдали органы соцзащиты: инвалидность из-за заболевания, которое осложняет передвижение без автомобиля, тоже основание не применять ограничение. Пристав до постановления не проверил обстоятельства, исключающие ограничение. А отношения из постановления об ограничении длящиеся: должник фактически просил восстановить право управления, поэтому суд не мог считать срок с даты постановления и применять сокращённый срок.

Граница: определение 2019 года, дело вернули на новое рассмотрение, итог неизвестен. Вывод о длящемся характере сделан для ограничения, которое продолжает действовать, и общим правилом не стал: Пленум ВС исключения для таких случаев не делал — срок обращения в суд считают со дня, следующего за днём, когда лицу стало известно о нарушении, а пропуск без уважительной причины ведёт к отказу (п. 16 постановления № 21 от 28.06.2022).

Вопрос третий: можно ли наказать за езду, если ограничение уже сняли

В деле 18-АД19-60 пристав ограничил должнику право управления постановлением от 26 марта 2018 года, а 31 октября 2018 года снял ограничение, и снятие утвердил старший пристав. 15 декабря 2018 года водителя остановили, и мировой судья лишил его права управления на четыре месяца по ст. 17.17 КоАП. Его довод о том, что ограничения уже не было, районный и краевой суды по его жалобам надлежаще не оценили.

Верховный суд 15 октября 2019 года отменил все акты и прекратил производство. Отсутствие ограничения на момент управления машиной исключает вину в нарушении ст. 17.17 КоАП, а неустранимые сомнения толкуются в пользу привлекаемого.

Граница: ограничение сняли за полтора месяца до поездки. Пока постановления о снятии нет, ограничение действует.

Как дела связаны

Все три акта — о том, что ограничение права управления не должно применяться формально. Исключения из ч. 4 ст. 67.1 пристав обязан проверить, а в суде довод должника о транспортной доступности опровергает служба приставов. Инвалидность из-за болезни, мешающей передвигаться без машины, считается исключением и без машины от соцзащиты, а в одном деле ВС не применил короткий срок к действующему ограничению. Когда же ограничение снято, езда больше не нарушение — постановление о снятии стоит держать при себе.

По каким долгам вообще ограничивают права, какой порог и когда ограничение снимут — в разборе «Лишение прав за долги: за какой долг пристав ограничит права и как это снять».